Ильенков Э., Коровиков В. Относительно вопроса о предмете философии как науки ¶

Ильенков Э., Коровиков В. Страсти по тезисам о предмете философии (1954—1955), 2016, с. 229—234

[# 229] Авторы исходят из неоднократных категорических указаний классиков марксизма-ленинизма на этот счет.

Все три основных произведения Энгельса, посвященных философии, пронизаны мыслью о том, что с возникновением диалектического материализма философия прекращает свое существование в качестве «науки наук», в качестве науки об общей связи.

«Как только перед каждой отдельной наукой ставится требование выяснить свое место во всеобщей связи вещей и знаний о вещах, какая-либо особая наука об этой всеобщей их связи становится излишней. И тогда из всей прежней философии самостоятельное существование сохраняет еще учение о мышлении и его законах — формальная логика и диалектика. Все остальное входит в положительную науку о природе и истории» (Анти-Дюринг, т. 20, с. 25).

«За философией, изгнанной из природы и из истории, остается, таким образом, еще только царство чистой мысли, поскольку оно еще остается: учение о законах самого процесса мышления, логика и диалектика» (Людвиг Фейербах, т. 21, с. 316).

«…когда естествознание и историческая наука впитают в себя диалектику, лишь тогда весь философский скарб — за исключением чистого учения о мышлении — [# 230] станет излишним, исчезнет в положительной науке» (Диалектика природы, т. 20, с. 525).

Мы полагаем, что трудно яснее и категоричнее выразить точку зрения классиков марксизма на вопрос о том, что должна исследовать философия, поскольку она является наукой.

Мы полагаем, что толкование философии как «науки о мире в целом», бытующее в нашей литературе, представляет собою прямую ревизию взглядов классиков на вопрос о предмете философии как науки, а старания развивать философию как систему представлений о мире в целом — реакционную попытку возродить давно скончавшуюся натурфилософию и философию истории.

Мы думаем, что понимание философии как науки о мире в целом теоретически неверно, а практически крайне вредно, ибо направляет усилия философов на бесплодные умозрения дурного сорта, дискредитирующие философию диалектического материализма в глазах представителей других наук, а самое философию неизбежно сводящее к сумме примеров, иллюстрирующих давно известные вещи. Что это так — бесспорно доказывает практика наших философов за последние годы.

С другой стороны, необходимость развивать философию диалектического материализма как учение о логическом процессе, как теорию познания мира человеком, диктуется потребностями развития не только самой философии, но и потребностью развития любой современной теоретической науки. Никто не будет спорить, что эту потребность наши философы до сих пор не удовлетворяют. А это приводит к тому, что в ряде наук, где ученые сталкиваются с действительными трудностями теоретического анализа данных, имеют хождение отнюдь не материалистические представления о процессе познания, об отношении научных понятий к объективной реальности.

[# 231] Очень часто ученый, упершийся в действительные гносеологические трудности, и не находя помощи в трудах наших философов, учится решать их на неокантианский лад. Не секрет, что в современной теоретической физике дело обстоит именно так.

С другой стороны, в ряде областей науки последние годы пышным цветом расцвел эклектизм. Стоит только взглянуть на то, что делается в нашей эстетике, психологии, педагогике. Теории этих важнейших предметов по существу нет. В чисто методологические трудности уперлась и биология, и физиология В. Н. Д.

Всем современным наукам как воздух требуется четко разработанная теория научного мышления, которая сделала бы любого ученого способным создать диалектико-материалистическую теорию своего предмета.

Именно это обстоятельство и обнажает полнейшую бесплодность стараний некоторых наших философов развивать философию в качестве «науки о мире в целом». Эти старания ничего общественно-полезного в качестве своего продукта дать не могут, и ничего, кроме насмешек и иронии у серьезных ученых вызвать не могут. Благо бы эта ирония адресовалась к авторам книг по философии. Беда в том, что эти авторы выступают от имени философии марксизма-ленинизма, и притом изображают свою точку зрения как единственно верную, единственно соответствующую взглядам классиков марксизма-ленинизма на сущность и предмет философии. А это уже дискредитирует в глазах ученых не только и не столько авторов книг, сколько философию диалектического материализма. А это уже беда.

А дело в том, что эта точка зрения не только не единственно соответствующая, но и в корне противоречащая тем взглядам, которые настойчиво высказывали классики марксизма; а прямо об этом высказывались неоднократно Энгельс и Ленин.

[# 232] Мы привели выше взгляды Энгельса. Приведем высказывания Ленина¹.

Защитники представления о философии диалектического материализма нигде, ни в одном произведении классиков марксизма-ленинизма не могут найти прямого подтверждения своей точки зрения, а опираются на высказывания о совсем иных вещах, и выводят оттуда косвенно свои доказательства.

Но для этого им приходится, во-первых, объявлять «неточными» весьма многие основополагающие тезисы, а другие произвольно истолковывать, чтобы их можно было использовать в качестве антитезы тем положениям Энгельса и Ленина, которые мы приводили выше.

Защитники представления о философии как науки о «мире в целом» любят приводить положение Энгельса о том, что «диалектика есть наука о наиболее общих законах всякого движения», о «законах, общих природе, обществу и мышлению», полагая, что этот тезис противостоит взаимоисключающим образом представлению о философии как науки о теоретическом мышлении.

Прежде всего неизвестно, согласно какой логике из этих положений следует вывод о том, что предметом философии как науки является «мир в целом», а ни в коем случае не мышление. Согласно логике Челпанова такой вывод сделать можно. Но при одном допущении. А именно — того, что законы мышления есть нечто иное, нежели законы самой объективной реальности, пересаженные в человеческую голову и преобразованные в ней.

Если же признать, что законы логического процесса есть те самые законы, которые выражают всеобщие законы всякого процесса, природного или общественно-исторического, то даже логика Челпанова запретит про[# 233]тивопоставлять тезис о диалектике как науке о всеобщих законах всякого развития — тезису о том, что предметом философии являются законы мыслящего познания, законы логического процесса.

Тот факт, что диалектика есть наука не только о законах мышления, но столь же и о законах (о всеобщих) развития любого процесса, есть тезис, прямо и непосредственно говорящий о том, что законы логического процесса философия диалектического материализма рассматривает строго материалистически.

Речь тут идет о том, что законы мышления тождественны законам природы по самому своему существу, по природе самого мышления, по природе самого мыслящего, теоретического познания.

Тождественны в сущности, а различны по форме. И единственное различие их по форме состоит в том, что в мышлении они применяются сознательно, а в природе, и, по большей части и в истории, они осуществляются независимо от какого бы то ни было сознания, в виде слепой необходимости.

Тезис о том, что законы и формы диалектики тождественны в мышлении и в объективной реальности, что диалектика есть наука именно о тех законах, которые общи мышлению с любым природным или общественноисторическим процессом, и есть конкретизация того положения, что философия есть наука о законах мышления.

Это и значит матриализм в логике, это и значит, что все без исключения законы и формы мысли есть не что иное, как всеобщие законы объективности, усвоенные субъектом, и ставшие законами и формами также и субъективного мира, формами деятельности субъекта теоретического познания.

Те же законы и формы деятельности мозга, которые отличают эту деятельность от любого объективного про[# 234]цесса, являются предметом уже не логики, а психологии, феноменологии, физиологии В.Н.Д. и т. д.

Тем самым если видеть в тезисе о диалектике как науке о всеобщих формах всякого развития антитезис положению о том, что философия есть наука о законах и формах объективного познания, то неизбежным является вывод о том, что логика есть совсем иное, нежели диалектика, что они не суть тождество, как на то указывал Ленин.

Недаром защитники тезиса о том, что диалектика есть наука о мире в целом, а не наука о законах и формах, тождественных мышлению с бытием, не наука о законах развития и объекта, и субъекта познания, предмета и его осмысливания, считают «неточным» и ленинский тезис о том, что «Диалектика, логика и теория познания суть одно и то же, не надо трех слов», и что «диалектика и есть теория познания (Гегеля и) марксизма»… А это равно полному непониманию того, что логика есть наука об истине.

Защитники представления о философии как науки о мире в целом никогда не смогут понять ленинские положения о том, что категории материалистической диалектики суть ступеньи познания, ступеньки углубления познания мира человеком.

Далее. Если предметом философии является «мир в целом», то у философии оказывается не один, а два, и даже три предмета. А ведь это явная нелепость. Ведь никто не станет отрицать, что процесс мышления, логический процесс есть предмет философии? Значит у философии два предмета? Почему тогда это одна наука, а не две науки?

Это — принципиальное неумение понять то подлинное соотношение, в котором находятся логика и диалектика.

По вашему мнению, это — две разные науки?

По мнению Ленина, которое мы и считаем справедливым и единственно марксистским, это одно и то же, это — одна наука.